Забиваю себе расписание на апрель-май — не фига себе выставок в Москве! На майские будет куда сходить.
Не могу не поздравить редакцию журнала А. с возвращением Константина Агуновича из Петербурга в Москву: про выставки стало можно читать.
Другой интересный автор — Сергей Ходнев для Ъ (Пикассо, Святая Русь в Лувре).
И, уже ритуально, Григорий Ревзин с его проектом малых музеев — молодчина.
Второй раз (до этого в эссе Пелевина) замечаю этот дух начала 90-х, упавший занавес и почти подростковые восхищения-мечты-надежды интеллигенции при новом строе.
На всякий случай напоминаю, что это было время, когда председатель исполкома Краснов выступал с инициативой о суверенитете Пресненского района и само такое предложение казалось фантастическим, но возможным.
И как этот преснеский суверенитет, также и эссе Чхартшвили со стороны прошедших 20 лет выглядят нелепо и трогательно.
7/10, несовременно
Не проняла так, как «Смерть Ивана Ильича». Возможно дело в том, что опыт семейной жизни мой недолог, а тут как раз рассматриваются ньюансы длительного проживания.
И в целом мир сильно изменился с той поры. Классово стало меньше различий, за приданое мальчики выходят куда как реже; до свадьбы гуляют и бабы и мужики; пятеро детей в семье практически ни у кого нет.
Возможно в каких-то слоях общества есть что-то похожее, но узок их круг. А обычные граждане чаще разводятся, когда уж все достало. Хотя возможно, что есть и любители пострадать.
Идущее в послесловии учение Толстого о воздержании, нравственной чистоте души, и помыслов, и проч. далеко не только от сегодняшнего читателя, но даже от его же дневников пятью годами раньше.
9/10, мнение
Толстой в короткой записке пишет, что для того, чтобы не было войны, нужно перестать убивать. И либо не прикрываться христианством, либо объявить генералов преступниками хуже палачей, а армии распустить.
Честно, коротко и ясно. Неудивительно, что конгрессу о мире не понравилось.
8/10, христианский фольклор
Написано для сельской бедноты, интересно как Толстой Сократа в своих целях интерпретирует.
требую продолжения
Трижды он пробовал их написать, в 1860, 1878 и 1904 годах, но дальше пары глав ничего и нет. А жаль, начало мне понравилось.
7/10, полезно ознакомиться
Деревенскую часть пролистал, но внушает уважение его ежедневная работа с просителями. Табуном ходили к нему за деньгами, а он им отказывал или давал, сообразно с верой в рассказ и человека. Но там пометы большей частью для себя, читать их затруднительно, да и однообразно.
Потом семейство переезжает в Москву (уже цитировал) и его конфликт с домашними входит в новую стадию. Им в Москве хорошо, интересно, волнительно, а он их укоряет, напоминает что жить надо для другого итп.
«Очень тяжело в семье. Тяжело, что не могу сочувствовать им. Все их радости, экзамен, успехи света не захватывают никого. Они как будто знают — не смысл моих слов, а то, что я имею дурную привычку это говорить. В слабые минуты — теперь такая — я удивляюсь их безжалостности.
Как они не видят, что я не то, что страдаю, а лишен жизни, вот уже 3 года. Мне придана роль ворчливого старика, и я не могу в их глазах выйти из нее: прими я участие в их жизни — я отрекаюсь от истины, и они первые будут тыкать мне в глаза этим отречением. Смотри я, как теперь, грустно на их безумство — я ворчливый старик, как все старики.»
И дальше там вся эта тягомотина день за днем, когда ему то кажется, что дети молодцы и есть в них искра, то теплого слова не дождешься. И напряженные отношения с женой, которая ему не дает, а он считает что использует. Плюс за молоденькими волочится.
И все это поверх христианства, смирения и поиска пути. Вобщем все как у людей, с той только разницей «не так, как вы — иначе».
«Я ослабел в прямоте — признак, что я ослабел в нравственной жизни.»
«Главное заблуждение людей то, что каждому отдельно кажется, что руководитель его жизни есть стремление к наслаждению и отвращение от страданий.
И человек, один, без руководства, отдается этому руководителю: ищет наслаждений и избегает страдания, и в этом полагает цель и смысл жизни. Но человек никогда не может жить, наслаждаясь, и не может избегать страданий. Стало быть, не в этом цель жизни.
А если бы была в том, то — что за нелепость! Цель — наслаждения, а их нет и не может быть. А если бы они и были, — конец жизни — смерть, всегда сопряженная со страданиями.
Если бы моряки решили, что цель их миновать подъема волн, куда бы они заехали? — Цель жизни вне наслаждений»
шедевр
Не зря этот рассказ так часто упоминают, крайне полезное чтение по дороге на работу.
Нового там ничего нет, тот же Сенека две тысячи лет спустя, то же напоминание о том, что нет ничего дороже времени и его нельзя накопить. Но написано мастерски, без лишних слов и удивительно точно.
Мужик Герасим только слащав вышел. Но Толстой с ними общался, так что это скорее я не прав.
9/10, сукин сын
Начинается скучновато, про театр и критиков, но в третьем акте происходит совершенно неожиданный финт и полный балдеж, за который я Стоппарда и обожаю.
9/10, читать и перечитывать
Блестящие вторая и третьи главы, сумма биологической, человеческой и технологической истории. Вместе сведены астрофизика и развитие клетки, получается весьма стройно, цитировать можно напропалую.
Вот, наугад, сравнение дизайна авто и оперения павлина.
«Изменчивость продукта технологии, вызванная давлением моды, имеет своим аналогом в биоэволюции необычайное разнообразие вторичных половых признаков.
Таким образом, аналогами автомобильных “хвостов”, хромоникелевых украшений, фантастического оформления решеток радиатора, передних и задних фар являются брачная окраска самцов и самок, их оперение, специальные наросты на теле и такое распределение жировой ткани, которое вместе с определенными чертами лица порождает половое влечение.»
Основная идея книги — человек может и должен стать лучшим конструктором, чем природа. Пора перестать бояться и, наконец, признать, что в изменении себя — путь цивилизации, что пора моделировать нового человека. Все то, к чему мы сейчас мягко приходим.
Телефон еще не вживлен в мозг, но наличие онлайн-социализации и баз знаний «под рукой» определенно меняют жизнь индивидуума. Следующий шаг — когда мы согласимся, что фотокамера в глазу — это чертовски удобная штука )
read more »
facebook